Южная Корея будет закупать нефть из Казахстана

Об этом заявил министр промышленности страны Ким Чжон Кван в интервью телеканалу KBS. 

«Достигнут значительный прогресс, поэтому мы сможем объявить конкретные объемы и детали уже в начале следующей недели», — сообщил министр.

Южная Корея почти полностью зависит от импорта энергоресурсов, при этом около 70% нефти поступает с Ближнего Востока. Перебои в судоходстве через пролив поставили страну в крайне уязвимое положение.

Южная Корея потребляет около 2,5 миллиона баррелей нефти в сутки. Ситуацию усугубляет и то, что через Ормузский пролив в страну поступает не только нефть, но и критически важный для производства полупроводников гелий. Из-за дефицита нафты возникли проблемы с производством полиэтилена, медицинских растворов, упаковки и шприцев. В конце марта национальная валюта — вона — обвалилась до 17-летнего минимума, преодолев отметку в 1530 вон за доллар.

Как шли переговоры

Ранее руководитель администрации президента Кан Хун Сик вместе с министром Кимом лично посетил Казахстан, чтобы договориться о поставках сырой нефти и нафты. Южнокорейская делегация также побывала в Омане и Саудовской Аравии — в рамках масштабных усилий по диверсификации энергетического импорта.

Казахстан — не новый партнер

Опыт масштабных поставок между странами уже есть: в 2023 году, после введения санкций против России, на южнокорейский рынок поступило около 34,5 миллиона баррелей казахстанской нефти. Корейская национальная нефтяная корпорация на протяжении нескольких лет работает на казахстанском рынке и владеет тремя месторождениями: «Ада», «Арыстан» и «Кулжан». 

Логистика: не так далеко, как кажется

«Казахстан может казаться очень далеким, но фактически доставка занимает примерно столько же времени, сколько из США — около 50–60 дней», — отметил министр Ким, добавив, что визит в Казахстан был ориентирован на долгосрочную диверсификацию поставок. 

Параллельно о намерении перейти на казахстанскую нефть заявила и Япония — также на фоне фактической блокады Ормузского пролива. Казахстан, таким образом, превращается в одного из ключевых альтернативных поставщиков энергоресурсов для всей Азиатско-Тихоокеанской зоны.